nilsky (nilsky_nikolay) wrote,
nilsky
nilsky_nikolay

Кризис русской промышленности. Статья вторая.

Александр Иванович Чупров. Кризис русской промышленности. Статья вторая. 1901 год.

Явления, происходившие на бирже в конце прошлого года, невольно заставляют задуматься над системой нашей экономической политики последнего времени. Уже с давних пор все силы государства сосредоточены у нас на развитии промышленного капитализма: к этому клонятся как таможенные тарифы, так и финансовые и кредитные мероприятия. Мелкое ремесло и кустарные промыслы, а тем больше сельское хозяйство отошли на задний план. Все приносится в жертву водворению и поддержки фабрик и заводов в той, вероятно, надежде, что этим путем создастся со временем обширный рынок для продуктов земледелия и достигнется дешевизна обработанных изделий.

Благодаря настойчивому покровительству государства крупная индустрия действительно росла у нас в последнее время не по дням, а по часам. Официальные отчеты с восторгом заносили на свои страницы прибавлявшееся каждый год число фабрик и увеличивавшиеся суммы их оборотов. В особенности бросался в глаза прогресс всякого рода горнозаводских предприятий. В короткое время среди безлюдных южных степей, как будто по манию волшебного жезла, создались при помощи обильных средств, притекавших из-за границы, грандиозные горнозаводские центры. Блестящие дивиденды, обещавшие в пять-шесть лет покрыть все затрачиваемые капиталы, поддерживали в кругах заграничных биржевиков уверенность, что на берегах Днепра и Донца открылось для жадных до наживы бельгийцев и французов новое Эльдорадо. Однако же этим увлечениям скоро наступил конец. Уже с запрошлого года стала чувствоваться заминка в ходе металлургических дел, которая сначала объяснялась разными случайными обстоятельствами и потому не внушала особого опасения; но в конце года разразился настоящий крах. Мы не будем приводить фактов, свидетельствующих о происшедшем разгроме: они с достаточной подробностью изображены в нашем новогоднем обозрении.

Где же лежит причина кризиса? Как и всегда в подобных случаях, она заключается в том, что производство разошлось с потреблением: наготовлены такие массы железа и железных изделий, которые не могут найти себе своевременного и выгодного сбыта. Явным доказательством излишнего производства служат в данном случае предположенное на большинстве заводов огромное сокращение выработки, а еще более, пожалуй, характерное ходатайство съезда горнопромышленников южной России об установлении вывозной премии на чугун, наподобие такой же премии, издавна введенной для сахара. Заграничные компании, основывая новые заводы, слепо верили в беспредельную потребительную способность стомиллионного русского народа, которую перед ними в ярких красках расписывали доморощенные грюндеры. И вдруг все эти розовые надежды и фантастические расчеты разлетелись как дым. Русский человек не покупает железа не только в тех размерах, в каких его потребляет бельгиец или немец, но даже в количествах в десять раз меньших. Этот курьезный факт заслуживает тщательного анализа.

Неужели наше население настолько снабжено железом, что ему оказываются ненужными обильные запасы, наготовленные заводчиками? Стоит посмотреть, что делается в любой русской деревне, не только где-нибудь в глухих углах, но даже в пригородных местностях и вокруг столиц, чтобы ответить на этот вопрос прямым отрицанием. Наш мужик до сих пор пашет деревянным плугом, боронит деревянною бороной, ездит на телеге с деревянными осями и шинами, запирает свои жилища вместо замка деревянными засовами, смотрит на лишнюю подкову, на лишний гвоздь как на непозволительную роскошь. Жадность нашего крестьянина к каждому куску железа ясно свидетельствует, до какой степени скудно удовлетворена его потребность. Ничтожность существующего спроса на металлы объясняется отнюдь не тем, что они не нужны, а единственно и исключительно отсутствием средств для их покупки. Торговцы металлами превосходно знают, что малейшее приращение достатка у сельского населения под влиянием хорошей жатвы или благоприятных заработков тотчас же отражается в усиленных закупках железа. Сбыт железа является столь же, если не более, чувствительным барометром деревенского благосостояния, чем продажа ситцев или чая.
Низкая потребительная способность нашего сельского населения представляет собою естественную границу для развития фабричного и заводского производства, является подводным камнем, о который роковым образом должны разбиваться всякие попытки слишком поспешного водворения промышленного капитализма. Руководителям нашей экономической политики постоянно преподносится увлекательный пример Англии и Германии, которым в течение одного человеческого поколения удалось с несомненной для себя выгодой превратиться из полуземледельческих в чисто индустриальные государства. К сожалению, всегда упускается из виду, что пример этих стран нам не к лицу. И Англия, и Германия имели и имеют рынком для своих фабрикатов целый мир и потому ничем не стеснены в расширении своих мануфактур; Россия же уже по тому одному, что она выступила на промышленное поприще последнею, должна отказаться от всяких помыслов о заграничном сбыте и обречена поддерживать свои капиталистические затеи исключительно внутренним рынком. Этот рынок, конечно, громаден и способен к значительному расширению, но отнюдь не беспределен. При таких условиях совершенно очевидно, что промышленность в широком смысле слова может развиваться у нас только параллельно с расширением внутреннего спроса или, — что почти то же, — с ростом потребительной способности нашего сельского люда, которому предъявляется главная доля этого спроса.
Между тем у нас обыкновенно принято мыслить как раз наоборот. В известной части нашей печати пользуется большою популярностью взгляд, что развитие мануфактурной промышленности составляет лучшее подспорье для сельского хозяйства, что лишь расцвет фабрик и заводов способен вывести наше земледелие из векового застоя и повысить общий заработок деревенского населения. Отсюда один шаг до вывода, что земледельческие классы с полным основанием привлекаются к жертвам для поддержки крупной индустрии.

Такое рассуждение было бы справедливо, если бы не существовало на свете англичан и немцев, которые мешают нашим фабричным товарам попадать на далекие рынки; но оно теряет свою убедительность, как скоро мы приведем на мысль ту бесспорную истину, что прибыли отечественного фабриканта или являющегося в Россию иноземного заводчика всецело зависят от благосклонного внимания русского мужика к их изделиям. Не желает или не может крестьянин потреблять этих изделий — и никакие чудеса современной техники, никакие биржевые или банковые кунштюки не спасут промышленных предприятий от гибели. Пережитый крах является красноречивейшею иллюстрацией этой до очевидности простой, но постоянно забываемой у нас истины.
Tags: Александр Чупров, история, экономика
Subscribe

  • 5 копеек

    То тут то там натыкаюсь на извещения о том, что, дескать, тов. Путин проиграл большую нефтяную войну, ввязавшись не по чину в разборку с саудитами.…

  • Я поведу тебя в музей...

    К сожалению, музейщики и библиотекари довольно медленно осваивают ютубообразные платформы. Будем, тем не менее, надеяться, что дальше будет только…

  • Актуальненькое интересу ради

    Обсуждение в Конгрессе "вызовов безопасности в Европе" сиречь "что нам делать с клятой Россией" Заявление Терезы Мэй по поводу санкций против…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments