nilsky (nilsky_nikolay) wrote,
nilsky
nilsky_nikolay

Category:

О предпродажной подготовке льна

Не секрет, что некоторые экспортные товары Российской Империи частенько продавались в Европе по ценам, более низким, чем произведения собственно европейского происхождения. Виной тому было не столько собственно качество российского товара, сколько проблемы с его предпродажной подготовкой и сохранностью в процессе перевозки. Так, например, в хлебе было больше примесей и мусора, древесина была более влажная, а в яйцах была выше доля порченных. Ну, не парились предки над такими мелкими вопросами, бывает...

Под катом привожу любопытный кусочек из книги инженера-технолога Карла Карловича Вебера Лён, его возделывание и обработка, в котором указанная проблема описывается применительно к вывозу льна.


Не смотря на то, что до 1845 г. у нас существовала обязательная браковка льна, вывозимого из России, иностранцы постоянно жаловались на плохую сортировку и недобросовестность русских льноторговцев. Все свои жалобы они оканчивали фразою: "такая недосмотрительность в браковании, введя нас в убытки, послужит и ко вреду России, ибо мы не станем давать хороших на продукты цен." Жалобы и требования эти приняли наконец до того настойчивый характер, что в 1845 году правительство командировало особую комиссию для исследования состояния русской льняной промышленности. Эта комиссия, говоря в первой части своего отчета о положении русского льна на европейском рынке, высказала: "более всего упрекают русские льны в том, что они дурно сортируются и что в одной и той же связке встречаются льны различных качеств, так что разделение русского льна на большее количество сортов не выгодно.'' Далее во второй части отчета, в которой идет речь о льняной производительности Poccии, комиссия говорит: "к сожалению мы должны сознаться, что у нас увеличение произведений не идет в уровень с улучшением их качества." Это замечание вполне применяется и к производству льна.

Людям, близко стоящим к настоящему делу, известно, что с прекращением обязательной браковки жалобы на неудовлетворительность нашего льна в том виде, в каком он высылался заграницу, не прекратились. Еще недавно потребители Псковского льна в Траутенау, в Богемии, жаловались, что "при отличных естественных качествах льна приготовление его к продаже совершается недобросовестным образом"; во Франции же, в 1871, 1878 и в 1886 годах, в коммерческих судах был целые ряд процессов, начатых французскими потребителями нашего льна против наших купцов, поступивших с французскими потребителями недобросовестно, и, как известно, все эти процессы окончились не в пользу нашего купечества. У нас многие утешают себя тем, что "иностранные потребители русского льна со времен Петра Великого были постоянно недовольны им, и если бы эти заявления были вполне справедливы, то в настоящее время из России не должно было бы вывозиться ни одного пуда льна". Делающие подобный вывод большею частью опираются на мертвые статистические цифры, показываются, что с 1831 по 1880 год вывоз льна сильно увеличился, и думают, что это увеличение вывоза льна может служить доказательством, что приведенные выше жалобы преувеличены, и что без нашего льна заграницей не обойдутся. Но если рассуждать так, то можно сделать и такой вывод, что об улучшении наших хлебов не стоит тоже хлопотать: заграницею и без нашего хлеба не обойдутся, — ведь заграницу вывозится хлеб иногда даже в гнилом виде (см. K?nigsberger Handels blatt), и все-таки его покупают там охотно, правда на корм домашним животным, так как цена, за которую сбывается этот гнилой хлеб, делает эту операцию выгодной. Совершенно то же самое можно сказать и относительно отпуска льна: лен всегда найдет себе сбыт, как бы плохо он ни был выделан, хотя по цене и ниже его действительной стоимости, главное — была бы нить достаточно крепка. След. предполагать, что лен все-таки находит себе сбыт, хотя цена на него упала до того, что ниже и падать не может, — по меньшей мере неосновательно и неблагоразумно. А что обесценивание нашего льна и малость требования на него дошли до крайности, это лучше всего могут засвидетельствовать наши рынки и производители льна. Если мы строго проследим цены на наш лен за последние 20 лет, приняв во внимание стоимость нашего бумажного рубля в разные годы за тот же период времени и вздорожание остальных сельскохозяйственных продуктов, то легко убедимся в относительной справедливости предсказаний иностранных потребителей льна относительно сбыта последнего.

На сколько же ложно и распространенное в среде наших интеллигентных производителей льна и людей, близко стоящих к этому делу, мнение, будто бы России нечего бояться конкуренции других стран. Обыкновенно указывают на то, что из общего количества льна, производимого всеми европейскими государствами (до 20.874,000 пуд.), на долю России падает 11.712,000 пуд., или 56,10% всего количества, тогда как, напр., Австрия, производящая из всех западноевропейских государств наиболее льна, доставляет всего лишь 2.684,000 пуд., или 12,86 % всего количества производимого Европою льна. В отношении размера производства Poccии действительно опасаться нечего: больше ее наверное никакое государство льна не произведет, тем более, что самый страшный соперник России по сельскохозяйственной промышленности — Америка — льном и не занимается. Но не с этой стороны угрожает нам опасность. Льноводство Poccии все более и более страдает, а со временем и совсем может быть убито хлопчатобумажным производством, сильно распространяющимся в Англии и все более и более вытесняющим оттуда ткацкие производства, перерабатывающие низкие сорта льна. Благодаря дешевизне бумажных тканей, они распространяются с неимоверною быстротою в народе, употреблявшем прежде грубое полотно.

Из статистики внешней торговли видно, что великобританский рынок сильно потерял свое значение для сбыта нашего льна, или наоборот, тогда как Германия, обзаведшаяся ткацкими, перерабатывающими и низкиe сорта льна, сделалась главным потребителем этого продукта. Но и с германского рынка может быть вытеснен наш лен льнами, более чисто выделанными, крепкими и недорогими (каковы, напр., в настоящее время итальянские льны), или же хлопчатобумажным производством, к которому не замедлят обратиться и немецкие фабрики, когда убедятся, что русский лен поступает в продажу, в таком виде, в котором покупать и перерабатывать его им невыгодно.

До отмены обязательного брака и до устройства железных дорог, ведущих к сухопутным границам, весь лен вывозился морем, главным образом через рижский, петербургский и архангельский порты; через первые два шел лен более ценный, чем через последний. В настоящее же время, благодаря железным дорогам и тому, что большая часть льна отпускается в Германии, отпуск льна чрез сухопутные таможни все более увеличивается на счет отпуска водяным путем. Так по сведениям, опубликованным департаментом таможенных сборов, в 1880 году из всего количества отпущенного льна в 9.591,868 п., переведено чрез сухопутную границу 3310,715 пуд., или 34,52% всего отпуска. Кроме того отпущено в Кенигсберг из портов Либавского, Петербургского и Архангельского 1.051,000 пуд., или 16,73% всего количества льна, выведенного морем. Из портов Архангельского, Петербургского, Либавского, равно как и чрез сухопутную границу, лен идет преимущественно на Кенигсберг и качеством ниже льна, отправляемого другими портами, преимущественно в Англию и Францию.

До отмены обязательного брака, вывозимый лен на всех пунктах отпуска сортировался одинаково на основании одной и той же инструкции, в § 5 которой говорится: "лен разных кряжей браковать на два разбора и забрак. Первого разбора лен — шелковидный, мягкий, называемый отборный, а второго — крупноволокнистый, называемый крон. Каждый разбор разделяется на три сорта: 1-й, 2-й и 3-й.

"Лен первого разбора: 1-й сорт должен быть хорошо обделан, шелковиден, здоров, чист, не пухл, согласен, без пакли и всякой примеси или подкладки, допуская однако же и лен, который несколько обсечен с самой малейшей частью присухи и насколько возможно без костры; 2-й сорт должен быть хорошо обделан, шелковиден, здоров, чист, не пухл, согласен, но может быть ростом покороче и при обделке несколько обсечен, а волокном немного послабее, с малою частью присухи и сколько возможно без костры; 3-й сорт должен быть хорошо обделан, шелковиден, чист, немного пухловат, но ростом может быть короче 2-го сорта и при обделке более обсечен и отбит, не столько согласен, с присухой в малом виде и сколько возможно без костры.

"Лен второго разбора: 1-й сорт должен быть хорошо обделан, чист, тверд, гладок, волокном хотя и погрубее и не имея той шелковидности и мягкости, которыми отличается лен первого разбора 1-го сорта, не пухл, согласен, без пакли и всякой примеси или подкладки, может быть несколько подсечен с самою малою частью присухи и сколь возможно без костры; 2-й сорт может быть обделан хорошо, чист, тверд и гладок, может быть волокном погрубее и ростом короче, не пухл, согласен, несколько обсечен и послабее с малою частью присухи и насколько возможно без костры; 3-й сорт — волокном погрубее, но ростом еще пониже, полегче, не так складен и согласен и более обит и обсечен, чем 2-й сорт с малою частью присухи и насколько возможно без костры.

"3абрак составляется из такого льна, который по короткому росту и слабому волокну не может быть помещен в высшие разборы, имея притом часть присухи; впрочем он должен быть сколько возможно без костры, присухи и пакли и не гнил".

След., во время существования обязательного брака, отпускаемый лен сортировался всего на шесть сортов, из которых первые три отличались от следующих трех сортов только по толщине и лоснистости волокна; между собою же все три сорта каждого разбора различались только по росту и выделке; к седьмому сорту — забраку, причислялось все неподходящее к указанным шести сортам, не разбирая ни цвета, ни тонины волокна. Но так как только немногие заводы в Германии, вырабатывающие более толстую пряжу, принимают лен не рассортированным более тщательно по тонине волокна, по цвету и оттенкам его, то понятно, что французские и английские прядильни и ткацкие должны были быть недовольны подобною сортировкою, так как она не отвечала их требованиям; вот почему и возникали постоянные жалобы коммерческого совета в Дунди, обращаемые к нашему правительству. О вредных последствиях недобросовестности браковщиков я уже и не говорю.

На европейском рынке, кроме нашего русского льна, пользуются большим сбытом льны: бельгийские, ирландские, итальянские, немецкие, австрийские и египетские. Франция и Германия перерабатывают весь свой лен сами; все же остальные льны составляют продукт вывоза. Из указанных льнов первое место по достоинству и цене занимает бельгийский лен; за ним по своей добротности следует ирландский, а потом итальянский. За последние 7 лет итальянский лен устойчиво причисляется к высоким сортам льнов и уступает по добротности и выделке только бельгийскому и отчасти ирландскому. Льноводство в Италии сильно поднялось как в качественном так и количественном отношении; еще в 1875 году Италия производила всего 12.000,000 килограмм, или 732,000 пуд. льна, который по своему достоинству равнялся лучшим немецким и русским льнам, а в 1882 г., по сведениям центрального статистического комитета производство льна в Италии возросло до 22.131,000 килограмм или и.350,000 пуд., причем своим качеством он стоял далеко выше немецких и русских льнов. За названными тремя льнами, т. е. бельгийским, ирландским и итальянским следуют самые высокие сорта русского льна, вывозимые преимущественно чрез Ригу, Пернаву, Ревель и Кронштадт; но к сожалению подобных сортов нашего льна год от года вывозится все менее и менее; в настоящее время они встречаются очень редко на германских рынках и выводятся преимущественно в Англию и частью во Францию; к ним принадлежат сорта, обозначаемые в Риге марками SPK, HSPK, WSPK, GSPK, SWK. Последний сорт, обозначаемый маркою SWK ("Spanisch weis Kron"), по своему качеству не уступает ирландскому льну, но опять-таки появление его на рынке составляет в настоящее время редкость, он все более и более выводится. До I860 года на европейском рынке существовал еще один сорт русского льна, превышавший своим достоинством марку SWK; этот лен был известен под маркою Z и под названием "Zinflachs" (оброчный лен), потому что он взимался с крестьян в виде оброка, но с 1862 г., т. е. с уничтожением крепостного права, сорт этот вовсе не появляется на рынке; он уступил свое место марке SWK, которая, как я уже заметил, тоже делается редким явлением на европейском рынке.

Большинство наших хороших льнов может быть поставлено на одну ступень с немецкими льнами, за исключением нашего стланца, который стоит ниже последних и по своей цене стоит немного выше египетского льна (за последние годы египетский лен начал наполнять европейские рынки). Египетский лен очень крепок, но груб и трудно поддается белению; он употребляется на грубые или узорчатые ткани; перерабатывается в небеленом виде вместе с бумагой. Продуктами этой фабрикации являются дешевые узорчатые скатерти и мебельная материя.

Из упомянутых выше льнов, за исключением значительной части русского, саксонского и льна Нижней Силезии, все остальные — моченцы. Русские стланцы известны под названием "Slanitz", тогда как стланцы Нижней Силезии и Саксонии, кроме обычной марки, отмечаются еще буквою R (Rasen Flachs). Наши стланцы все почти без исключения отправляются на немецкие ткацкие и прядильные фабрики, значительная часть их идет чрез сухопутную границу, а часть — морем. Главный рынок и так сказать центр льняной торговли в Германии — Кенигсберг. Стланцы идут преимущественно из центральных губерний России и из Сибири. Наши стланцы по своей добротности значительно уступают льнам-моченцам, в чем не трудно убедиться из таблицы сравнительной оценки льнов, приводимой мною ниже, — за исключением сибирских стланцев, отличающихся своим светло-серым оттенком и тонким, нежным и лоснящимся волокном; этот лен своею добротностью не уступает лучшим сортам моченца, а иногда даже превосходит его своею нежностью.

Льны, идущие в Кенигсберг, подвергаются сортировке, но так как она не отличается существенно от бывшей при обязательном браке, они оказываются но большей части неудовлетворительными. Сортируются льны только по росту, прочности волокна и лоснистости его, цвет же или оттенки льна не берутся во внимание при сортировке, — разумеется в ущерб его действительной стоимости. На этом основами в Кенигсберге установились сорта на льны моченец и стланец, по четыре сорта на каждый. Сорта моченца суть: первый или высший сорт: „Оtborny" (отборныЙ), идущий под маркою О; второй сорт — "Puik" (пик), марка P; третий сорт — "Кron" (корона), марка К, и четвертый — „Wrack" (брак), марка W. Сорта стланца: первый или высший сорт — "Puik Slanitz Kron" (пик-стланец-корона), марка PSK; второй — "Slanitz Kron" (стланец-корона), марка SK; третий — "Puik Slanitz Dreiband" (пик-стланец-дрейбанд), марка PSD, и четвертый сорт — "Slanitz-Dreiband" (стланец-дрейбанд), марка SD. Получая лен, несортированный или плохо сортированный по цвету или оттенкам, Кенигсберг рассылает его в том же виде на германские фабрики, производящие более грубые ткани и необращающие внимания на хорошую сортировку. Если же лен подвергается сортировке по оттенкам, т. е. так, как это требуется большинством ткацких, то к марке добавляется одна из следующих букв Н, W или G, обозначающих оттенок льна, как напр.: светлые обозначается буквою Н (hell), белые — W (weiss), серые — G (grau); поэтому, стланец 2-й сорт, стланец-корона, мешанных цветов, или плохо сортированный по цвету волокна, обозначается просто маркою SK; тот же сорт, но рассортированный, получает марку, напр. светлый: HSK, серый — GSK.

Подобная сортировка льна очевидно не могла удовлетворить те пункты нашей торговли, где требуются высшие сорта моченца; при сортировке, какая производится в Кенигсберге, лен не может быть оценен по действительной своей стоимости. Это обстоятельство побудило в 1872 г. всех крупных торговцев льном в Риге принять общие правила для сортирования льна: лен подвергался тщательному сортированию по своему цвету, лоску, мягкости, длине и чистоте обработки каждого сортируемого пука. Такая тщательная сортировка показала, что для точной оценки отпускаемого через Ригу льна, он должен быть рассортирован на 33 сорта; сорта эти сгруппированы в четыре разбора. Каждый из этих сортов получил свое название и соответствующую марку и цену. Этому примеру вскоре последовали и другие порта, отпускающие лен-моченец хорошего качества. Подобное сортирование сильно повлияло в пользу цен на наш лен.
Tags: Российская Империя, история, сельское хозяйство, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments